Три года подряд мне приходилось в июле-сентябре комментировать ситуацию с ценами/доступностью бензина и объяснять, что кризис обусловлен преимущественно сезонными факторами, а удары по НПЗ могут лишь несколько усилить его пик, но не могут быть его основной причиной. Каждый раз в ответ я слышал ерничанье и указание на растущие цены/перебои, как зримое доказательство обратного. Буквально 2-3 месяца назад пророки скорого апокалипсиса предвещали дефицит бензина зимой, вплоть до введения талонов в Москве. Сегодня подобные комментаторы не возвращаются к данной теме, а многочисленные ведущие почему-то не имеют привычки спрашивать своих гостей об их несбывшихся прогнозах.
Поэтому, специально для обладателей короткой памяти, я решил написать на тему бензинового кризиса именно зимой, когда дефицита не наблюдается, а цены на бензин падают. При этом, число успешных атак на российские НПЗ в ноябре повторило рекорд августа и было выше, чем в июле или сентябре 2025. Впрочем, я полагаю, что в ноябре вы слышали об этих атаках гораздо реже, ведь «влияния» не было. Вангую в изложении СМИ в следующем августе атаки на НПЗ вновь станут главной причиной дефицита топлива, и никого снова не смутит, что такие-же атаки в другое время года почему-то дефицита не вызывают. Более того бензин зимой почему-то дешевеет несмотря на рекордное число ударов.
Недавно с удивлением услышал комментарий, что текущее снижение цен на бензин есть результат давления правительства, заставляющего нефтяников работать в убыток. Мне честно интересно люди хоть что-то изучают, прежде чем комментировать? Прилагаю график, отражающий динамику цен на АИ-92 на Петербургской бирже за 5 лет. Из него очевидно следует, что каждый год, включая довоенные, цена бензина достигали пика в июле-сентябре и обрушивались зимой. Было бы странно если бы правительство вмешивалось в рыночное ценообразование с подобной сезонной регулярностью.
Причины этих колебаний предельно просты и обусловлены исключительно рыночными факторами. Производство бензина по году распределено гораздо более равномерно чем спрос на него. Зимой делаются запасы, которые потом распродаются летом. Чтобы сделать запас необходимо на 6-9 месяцев отвлечь деньги (предположим занять), купить бензин и понести издержки на его хранение. С учетом текущей стоимости денег в России, подобная операция за счет заемных средств даст наценку до 20%. И это себестоимость, а ведь есть еще плата за риск. А бывают ситуации, когда при всем желании невозможно занять деньги в долг. Эта причина также повлияла на глубину бензинового кризиса 2025. Кредит был дорог, да и не всем давали, поэтому независимые заправки создали меньше запасов, чем обычно.
Высокая сезонная волатильность наблюдается в биржевых ценах. Розничные тоже меняются, но гораздо более стабильно: летом растут, зимой если и снижаются, то незначительно. (Всего с начала войны цены АИ92 выросли на 31% при официальной инфляции Росстата 39% за тот же период). Зимой сети продают бензин заметно дороже его текущей биржевой цены. Летом биржевая цена приближается к розничной, и сети зарабатывают на продаже бензина, купленного зимой (плюс побочные сервисы, для которых продажа бензина – якорь). Сети, у которых нет запасов, как правило, не готовы продавать бензин дешевле его текущей биржевой цены.
Однако крупные компании, вроде Лукойла и Роснефти, выступают одновременно и продавцами бензина на бирже, и его поставщиками на собственные сети. Ценники на их заправках определяют розничную цену бензина в стране. Летом 2025 года они не стали повышать цены на заправках, несмотря на то, что в течение 3-4 месяцев биржевая цена превышала розничную. (Т.е. работающие заправки несколько месяцев доплачивали за то, чтобы продать бензин клиенту, не считая иных издержек).
Не важно почему это произошло: вследствие реального дефицита бензина, запрета правительства повышать цены или сговора (последнее вероятнее). Мы знаем результат. Небольшие сети, не имеющие запасов, оказались перед выбором: продавать бензин в убыток, или не закупать его.
Многие выбрали второй вариант. Это сильно изменило баланс обеспеченности топливом не только между сетями, но и между регионами. В регионах с большим присутствием федеральных сетей заправок, автомобилисты были вынуждены максимум проехать от заправки небольшой сети, где нет бензина, на соседнюю Роснефти. В регионах, где крупные сети представлены слабо, или почти не представлены, как в Крыму, возникла реальная нехватка топлива. Каким бы ни был (если был) реальный дефицит топлива в масштабах страны, его локальные проявления были резко усилены данными действиями крупных компаний (О масштабе реального дефицита по стране см. наше исследование)
Таким образом, бензиновый кризис 2025 был обусловлен следующим набором факторов: 1. Узкие места в удовлетворение сезонных пиков спроса, проявившиеся задолго до войны. 2. Удержание крупными сетями розничных цен ниже биржевых. 3. Атаки дронов, только не на НПЗ, а на аэропорты, которые увеличили число россиян, отправившихся в отпуск на машинах. 4. Высокая ставка ЦБ и снижение доступности кредита. 5. Удары по НПЗ.
Я писал в порядке убывания значимости, как я ее понимаю, но готов признать, что соотношение значимости пунктов 3-5 – вопрос дискуссионный. Однако очевидно, что львиная доля веса причин приходится на пункты 1-2, а пункты 3-5 в совокупности вряд ли составляют даже 30% объяснения . Так же очевидно, что освещение СМИ причин кризиса было предельно непропорциональным их реальному весу (и провластные СМИ в этом отношении не сильно отличались от оппозиционных).
Меня данная тема интересует не столько из-за желания разобраться, что там происходит в российской нефтянке и каковы последствия ударов по НПЗ. Для меня данная тема – очевидный и легко проверяемый (съездите на заправку и посчитайте число ударов по НПЗ за последний месяц) пример массового искажения восприятия экономических реалий. Даже те эксперты (я в том числе), которые прекрасно понимали относительный вес факторов, были вынуждены большую часть времени посвящать комментариям наименее значимого. Те же, кто предрекал апокалипсис — срывал овации не помнящих вчерашнего дня рыбок.
В завершении скажу, что перечисляя факторы я сознательно опустил еще один — государственное регулирование и налоговая политика. Тема эта крайне сложная и спорная. Пришлось бы написать в 5 раз больше текста с гораздо менее уверенными выводами. Здесь это будет лишним. Отмечу лишь, что вопрос о том, что если ничего не делать, то рост автопарка вызовет дефицит бензина, обсуждался на отраслевых совещаниях еще году в 2017-2018. Наверное, давно предвидели бомбежки НПЗ.
